CNews: Насколько сильно изменился в России статус СПО за последний год-два? Какие из этих изменений вас радуют, а какие - не очень?

Алексей Новодворский: В первую очередь к числу главных изменений, произошедших в России, я бы отнес то, что общество и государство реально обратили внимание на свободное программное обеспечение. Кстати, заметьте, что сейчас мы используем термин СПО, а не OpenSource или открытое ПО - это тоже показатель произошедших перемен.

Важнейшим результатом стал проект концепции развития разработки и внедрения СПО, созданный рабочей группой при Министерстве связи и информатизации. И конечно же, сопутствующие концепции документы - глоссарий и программа.

Сейчас у нас есть все основания надеяться, что осенью эта концепция будет принята. Все это серьезно изменило отношение к СПО и не могло не повлиять на общее положение на рынке. Следствием внимания является и получивший большой общественный резонанс пилотный проект по внедрению Linux в систему образования. Что касается изменений в бизнесе, связанном со свободным программным обеспечением, то мы наблюдаем действительно качественный скачок. На СПО обратили внимание крупные фирмы и инвесторы.

Главная проблема, как обычно, является оборотной стороной достижений. Не так давно мы были, если можно так выразиться, маргиналами. Мы находились в своеобразном подполье, проживание в котором включает в себя определенные прелести, свойственные любой относительно замкнутой группе - простота отношений, вокруг все свои, серьезных разногласий нет и т.п. приятные вещи.

CNews: То есть, мы говорим о некой секте?

Алексей Новодворский: Нет, я бы не стал использовать этот термин применительно к Linux-сообществу. У секты должна быть одна религия, а у нас ее вообще нет. Взгляды были разные - кто-то рассматривал СПО во всем комплексе, включая идеологию, кому-то просто нравилось делать какие-то вполне конкретные вещи... Никто никому не мешал, никто никого не раздражал.

Алексей Новодворский: Не так давно мы были, если можно так выразиться, маргиналами

Сейчас у нас, как и во всем остальном мире, свободное программное обеспечение попало в мэйнстрим. К чему, кстати, мы сами стремились. Но это, в свою очередь, породило проблему самоидентификации.

Нам пришлось отвечать на серьезный вопрос - а кто мы такие есть теперь? Понимая при этом, что банальное игнорирование проблемы абсолютно ничего не решает. Сойти с поезда можно - остановить его нельзя. Тем более, что двигаться он начал при нашем непосредственном участии.

Итак, появилось больше людей, которые начали интересоваться свободным программным обеспечением, в том числе, как бизнесом. Соответственно, стало больше соблазнов.

Раньше люди, занимающиеся СПО были ближе друг к другу, они разделяли единые позиции, сейчас же все изменилось. Появились просто пользователи, пришли люди, желающие делать бизнес... У всех свои предпочтения, у всех свои представления о ценности открытых решений. И вовсе не обязательно, чтобы они полностью совпадали с точкой зрения "ветеранов".

CNews: Прокомментируйте, пожалуйста, заявление Виктора Алксниса о необходимости появления в России "государственного" СПО. Если его идеи воплотятся в жизнь, хотите ли вы, чтобы в основу "российской государственной ОС" лег дистрибутив ALT Linux?

Алексей Новодворский: Что касается государственной операционной системы, то тут возможны три пути развития. Первый - замкнутая разработка. Думаю, что это нереально. Создание ОС - гигантская задача, которая сейчас не может быть решена силами одной нации. Подобный проект по масштабности сравним разве что с проектированием атомной бомбы - а к решению этой задачи привлекались лучшие умы всего человечества.

Даже если этот вариант будет основываться на какой-то уже существующей операционной системе, например - на Linux, он вряд ли возможен. Опыт Китая это подтверждает.

Второй вариант - взять какую-нибудь операционную систему, центр разработки которой находится вне России. Сторонников такого пути много, поскольку есть RedHat, есть интернациональный репозиторий Debian - казалось бы, бери и пользуйся. Но тут важен уровень, на котором будет происходить интеграция в международное сообщество. Если мы занимаемся исключительно доработкой чужих репозиториев, то это не дает главного - участия в этих проектах на базовом уровне, мы не участвуем в развитии всего стека технологий.

В настоящее время российские разработчики не имеют заметного присутствия ни в Debian, ни в Fedora, ни в других серьезных международных проектах. А без этого невозможно влияние на их техническую политику. То есть - продолжаем оставаться просто пользователями пусть даже более открытых программных продуктов. Как мне представляется, этот вариант нам тоже не годится.

Третий вариант - масштабная интеграция в международные разработки на уровне отдельных проектов - ядро Linux, Apache, KDE, GNOME... То есть - превращение России в один из крупных центров создания свободного программного обеспечения. Именно он мне представляется правильным.

И тут уже речь не идет об одном или нескольких дистрибутивах. Нужен единый, используемый государством репозиторий и эталон сборочной среды. То есть, именно то, что прописано в российской концепции развития СПО.

Я не думаю, что сейчас государство в состоянии поддерживать несколько крупных проектов. Дело даже не в средствах, а в человеческих ресурсах. Хотя именно тут я буду рад ошибиться.

Разумеется, хорошо, если подобные проекты будут поддержаны государством. Но мне представляется, что в них должны быть вовлечены и бизнес, и общество в целом. Что касается нашего участия в разработках, то мне, безусловно, хотелось бы, чтобы они проводились на базе нашего репозитория, - единственного созданного в России. Иное отношение к своей работе было бы, мягко говоря, несколько странным.

Но главное - сформулировать необходимые технические требования, чтобы поднять планку достаточно высоко и двигаться вперед без пауз.

CNews: Допустим, есть проект создания ядра системы. Если значительная часть разработчиков живет в России и финансируется из российских источников, то мы процесс контролируем. Если нет, то система как была не нашей, так не нашей и остается. Вы это имеете в виду?

Алексей Новодворский: Вообще-то я сильно сомневаюсь в возможности контролировать написание ядра. Но мне бы очень хотелось, чтобы российских разработчиков в этом проекте было как можно больше - тогда они скажут свое веское слово. То есть, на уровне базовых проектов вряд ли возможно ставить цель доминировать в мировом процессе. Но создать на основе международных разработок собственную ОС с набором приложений мы таким образом сможем.

CNews: Однако, анализ чужого кода не намного проще написания своего. И получается, что по затратам выигрыш невелик. Зато свое - это уже свое.

Алексей Новодворский: Затраты на анализ кода все-таки меньше. А если кода очень много, то разница получается существенной. Да и не в кодировании дело. Что нам мешает ставить вопрос о разработке хотя бы концепции собственной операционной системы? Прежде всего - у нас не слишком высокий, мягко говоря, уровень того, что называют computer science. Термина даже своего нет. И началось это не вчера, а очень давно - во времена бездумного копирования решений IBM и DEC в ущерб собственным разработкам.

Без развития computer science мы не сможем стать лидерами в разработке операционных систем. Сейчас нам надо учиться и поднимать свою компьютерную науку. У нас пока еще много прекрасных инженеров, а вот с учеными в этой области дела обстоят плачевно. Достаточно посмотреть на материалы крупнейших международных конференций в этой области за последние 10 лет - докладов из России просто нет.

CNews: Если я вас правильно понял, то создание собственной ОС потребует целого комплекса мер, включающих в себя в том числе образование, просвещение и т.п.

Алексей Новодворский: Безусловно. Я бы сказал, что сугубо технически мы можем сделать ОС, политику которой будем определять самостоятельно. Но, с учетом сказанного выше, этот продукт вряд ли будет новаторским. Этим делом надо серьезно заниматься.

CNews: Как вы думаете, почему получилось так, что ЦЕСТ был создан не личностями, известными в российских Linux-кругах, а людьми, прямо говоря, "со стороны"?

Алексей Новодворский: Так это как раз хорошо. Общественная организация и должна создаваться представителями общественности, а не сотрудниками фирм.

Тем более что попытки создать какие-то ассоциации разработчиков в свое время предпринимались, но не привели к какому-то значимому успеху. В том числе и потому, что разработчики свободных программ - люди независимые, и им не нужен диктат каких-то структур, даже тех, которые они сами создают.

страницы:  1  |  2  |  3  |  следующая

НОВОСТИ РБК И НАШИХ ПАРТНЕРОВ